это мы запугиваем власти коронавирусом. Это мы требуем, чтобы они приказали запретить нам ходить на работу и для надежности закрыть метро, чтобы уж никакой работодатель не заставил нас этого сделать. Есть, конечно, кучка бизнесменов и прочих рестораторов, которые требуют не разводить панику и все открыть. Но они всегда были и будут в меньшинстве. Нас – сторонников летучей мыши, которые всегда найдут ссылку на источник во всемирной организации здравоохранения, которые требует везде носить маску – нас больше.
Нечем стало награждать настоящих героев – все медали ушли на борьбу с китайским насморком. Некому наказать настоящих преступников – полиция гоняется за «человеком без маски». Пока мы гоняемся за вирусом, который убил миллион человек, голод догнал 8 миллионов. И вклад карантина в этом успехе голода весьма значителен. Если завтра кто-то изобретет лекарство от рака мы, скорее всего, этого не заметим, увлеченные подробным изучением результатов COVID-19 теста очередного кандидата в вице-президенты США.
И в то самое время, пока мы, за легендами о всеобщем потеплении, не замечаем реальности всеобщего поглупения, в очередном Бейруте очередной сварщик расчехляет свой аппарат на складе аммиачной селитры.
Часть 5. Как приручить летучую мышь
В Москве приняли мэры
Что может быть логичнее, чем испытывать только что изобретенную новую вакцину на мэре Москвы, министре обороны России и премьер-министре Белоруссии? Как всем нам известно из курса фармакологии, или из сериала «Доктор Хаус», нужно две группы испытуемых. Например – берем 100 мэров Москвы. 50 получают вакцину, еще 50 – плацебо. Дальше смотрим, у какого процента мэров Москвы появились антитела, и у кого какие возникли побочные эффекты. Если эффективность в группе мэров Москвы, получавшей вакцину, оказалась на 30% выше, чем среди получавших плацебо, и ни один мэр Москвы не умер от осложнений – можно отправлять вакцину на лицензирование.
Из всех мировых политиков никто не умеет так ловко оседлать волну, вызванную «эффектом летучей мыши», как президент России Владимир Владимирович Путин. За 20 лет на политической арене Путин крепко усвоил – нет ни малейшей нужды искать причинно-следственные связи в политических процессах. А значит, нет нужды сколь-либо логичным образом объяснять свои поступки. Вошедшая в историю фраза «Она утонула», была сказана Путиным еще на первом году правления, и стала символом всей его политики. Одно утонуло, другое выросло, третье упало и умерло, кое-что значительно расширилось, но некоторое и сгорело – вот и вся причинно-следственная связь.
Быстро разобравшись, что вирус-новичок похож на «новичок» – есть, нет, заразный, не заразный, был, не был – никакие анализы толком показать не могут – президент России покрыл весь мировой дискурс о коронавирусе своим заявлением о создании в России вакцины против него. Доказательство эффективности этой вакцины российский президент предоставил совершенно неопровержимое. «Я это тоже хорошо очень знаю, поскольку одна из моих дочерей сделала себе такую прививку. Думаю, в этом смысле она поучаствовала в эксперименте» – ошарашил мировое сообщество Владимир Владимирович. Вот и попробуйте опровергнуть. За 20 лет ни одни журналист-расследователь, ни из мировых СМИ, ни уж тем более из российских, не смог выяснить ни где эта дочка живет, ни, чем занимается, ни как выглядит. Вот и на этот раз, нет никакой возможности проверить – делала эта дочка прививку, не делала, и какой был результат. Да и дочка всегда может оказаться не та. Мало ли у Путина дочек.
Несмотря на всю театральность испытаний российской вакцины от коронавируса, когда проверяют ее на ни в чем не повинных министрах и мэрах, и сообщают только, что они от этой вакцины не умерли, а не о том, защитила ли она их от COVID-19, никто равновеликий Путину – какой-нибудь президент США или канцлер Германии – встать и сказать «а король-то голый», в смысле «да может это вовсе и не вакцина никакая», не может. Потому что – неполиткорректно. Как сказал русский Хан Соло русскому Дарту Вейдеру в русском блокбастере «Кин-Дза-Дза»: «Если ты подумаешь, что это не транклюкатор, это будет последняя мысль в твоей чатланской башке».
С информационной точки зрения рассказ Путина о создании российской вакцины от коронавируса стал такой же «летучей мышью», как рассказы других мировых ньюсмейкеров о самом коронавирусе. Эта новость уже вызвала, и что не менее важно – еще вызовет – множество самых неожиданных последствий в самых неожиданных местах.
Из верноподданных России союзников первым придумал, как правильно отреагировать на новость, Александр Лукашенко. Отправившись на свидание с Путиным, президент Белоруссии привез в подарок своего премьер-министра для испытания российской вакцины. Будь государственные визиты во время карантина более популярны, нет сомнений, что испытать на себе изобретенную в России вакцину пришлось бы и президенту Никарагуа, и мэру Каракаса, и министру атомной промышленности Тувалу. Но что будет, когда испытания закончатся невероятным успехом, и в России начнется массовая вакцинация?
Мировым политикам придется снова принимать массу решений, которые они принимать категорически не хотят. Решений, заведомо обреченных на неизбежность и провальность одновременно, ровно как это было с решениям, и о закрытии стран на карантин. Западные политики могут себе позволить не признать Лукашенко президентом Белоруссии, но вот не признать то, что Путин называет вакциной – прививкой от коронавируса, куда сложнее. Можно ли на основании сложной эпидемиологической ситуации не пускать в какую-то страну россиянина, который сделал прививку от COVID-19 российской вакциной? А что западный политический лидер скажет своим гражданам, когда те потребуют, чтобы их тоже прививали, раз уж в России уже давно прививают? Что по западным стандартам вакцину положено испытывать достаточно долгое время, и не сразу на дочках президента или мэрах Москвы? «Ну так у нас не правильные значит стандарты, Путин вон свою дочку пожертвовал, а вы значит не можете?» – возразит гражданин «западной» страны. И запущенная Путиным «летучая мышь» таинственной вакцины от коронавируса может сделать со многими западными президентами, премьерами и мэрами, которые не захотят испытывать ее на себе, то же, что «летучая мышь» самого коронавируса сделала с Трампом и Лукашенко – поставить под сомнение их дальнейшее пребывание на своих постах.
Шумит, бежит Ремдесивир
В июле 2020 года Всемирная Организация Здравоохранения объявила, что экспериментальное лекарство Ремдесивир помогает больным легче перенести COVID-19, и снижает вероятность госпитализации. Спустя три месяца всё та же ВОЗ сообщила, что всё тот же Ремдесивир не повышает шансы больных COVID-19 на выживание. Думаете, на ВОЗ повлияли результаты испытаний? Совершенно верно. На одном человеке. На Дональде Трампе.
Заболевший, а во времена, когда на смену «бабочке» пришла «летучая мышь», а до выборов всего два месяца, точнее будет сказать – рассказавший, что заболел COVID-19, Дональд Трамп три дня провел в военном госпитале, где его лечили этим самым Ремдесивиром. Успешно вылечили и отпустили в Белый Дом.
Лечили Ремдесивиром, который не был одобрен американским Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов, сокращенно «ЭФ ДИ ЭЙ», организацией, которая во время пандемии оказывалась на слуху чаще чем «ЭФ БИ АЙ». Нам рассказывали, что именно «ЭФ ДИ ЭЙ» будет решать, что – вакцина от коронавируса, а что – нет. Что – лекарство, а что ни в коем случае применять нельзя. Рассказывали, что это только в России все решает Президент – и войну объявляет, и вакцину назначает, а в Америке, дескать, независимые институты. За войной – это к Трампу, а за вакциной – к «ЭФ ДИ ЭЙ».
Но, когда в госпиталь попал Трамп, оказалось, что он как раз попадает в число тех пациентов, к кому применят экспериментальную вакцину. Чисто повезло старичку. Благодарный, совершенно случайно отобранный для проведения медицинских экспериментов гражданин США Дональд Джон Трамп, 73-х лет от роду, на выходе из госпиталя выразил робкую надежду, что очень скоро «ЭФ ДИ ЭЙ» одобрит спасший его Ремдисивир. И что этим Ремдисивиром смогут лечиться не только случайно отобранные для медицинских экспериментов президенты США, которым несказанно повезло попасть в группу испытуемых, но и все 8 миллионов заболевших на тот момент американцев. Робкое пожелание пациента Трампа сбылось спустя всего две недели – Ремдисивир был одобрен «ЭФ ДИ ЭЙ».
ВОЗ
